Как будет дальше развиваться внешняя торговля в условиях параллельного импорта

После взрывного роста в начале года темпы увеличения поставок товаров в Россию из стран ближнего зарубежья стали замедляться, а в некоторых случаях даже снижаться. Основные потребности в получении товаров по параллельному импорту Россия закрыла и теперь стала сама стремиться увеличить экспорт. Но пока это получается не всегда.

Казахстан за восемь месяцев этого года увеличил поставки товаров в Россию на 20%, Азербайджан – на 46%, Узбекистан – на 4,5%, свидетельствуют данные статистических служб этих стран. Поставки товаров в Россию из Армении за восемь месяцев выросли более чем в два раза по сравнению с аналогичным периодом 2022 г. Но, по данным за август 2023 г. к августу 2022 г., показатели снизились на 10,4%. При этом экспорт из Кыргызстана снизился на 4,4%. Хотя в начале года эксперты говорили о перенаправлении потоков параллельного импорта через эту страну.

По итогам первого квартала этого года рост поставок был куда заметнее. Например, Казахстан увеличил экспорт на 32%, Азербайджан – на 68%, а Армения демонстрировал рост в 4,5 раза. Эксперты связывали такой внушительный рост с поставками товаров по параллельному импорту. Теперь каналы поставок товаров отработаны, произошло насыщение рынка, столь заметного роста уже не будет.

Воспользоваться возможностями тесного сотрудничества с соседними странами для сбыта собственной продукции могла бы Россия. За тот же период с января по август 2023 года ввоз товаров из России в Армению составил 2 млрд долл. и вырос на 17,6%. Объем таких поставок в денежном выражении догоняет импорт из Армении (2,3 млрд долл.).

Максим Решетников, министр экономического развития РФ: Торговля – основа нашего сотрудничества, ее показатели растут. Это хорошо стимулирует нашу экономику. Вклад торговли со странами СНГ в ВВП России сейчас около 7%. Это очень серьезный уровень. Еще более весомое влияние товарооборот внутри СНГ оказывает на экономики других стран-участниц.

Еще лучше ситуация с Азербайджаном. Поставки товаров из России в эту страну за восемь месяцев 2023 года достигли 1,99 млрд долл. и выросли на 20,5% к показателям за аналогичный период 2022 г. При этом объем импорта азербайджанской продукции в Россию за восемь месяцев составил 794,5 млн долл.

Экспорт в Узбекистан вырос на 6,8% и достиг 4,7 млрд долл.

Но с Казахстаном ситуация неоднозначная. С одной стороны, Россия поставляет сюда товаров больше, чем ввозит сама (за восемь месяцев 2023 г. 10,6 млрд долл. против 6,4 млрд долл.). Однако объем российского экспорта в Казахстан снизился на 8,6%.

Объемы российского экспорта в Кыргызстан также существенно превышают объемы импорта (1,6 млрд долл. против 482 млн долл.), но снизились за восемь месяцев этого года к аналогичному периоду прошлого на 22%.

С учетом утраты европейского рынка у России есть потребность увеличить экспорт в соседние страны. Для этого предполагается использовать различные механизмы продвижения своих товаров.

В этом году в дополнение к уже действующим зарубежным представительствам Российского экспортного центра (РЭЦ) в Беларуси и Казахстане открылись зарубежные точки в Армении и Кыргызстане. Чет ыре представительства выйдут на проектную мощность в следующем году, рассказал “РГ” директор по развитию зарубежной сети РЭЦ Дмитрий Прохоренко. “Это позволит увеличить объемы финансовой поддержки экспортеров, повысит уровень конверсии оказанных услуг в экспортные контракты, а также будет способствовать увеличению объемов нового экспорта”, – отметил он.

При этом речь идет не только о поставках товаров, но и об экспорте услуг и инвестициях в соседние страны. Сейчас, по данным РЭЦ, российские компании поставляют в Беларусь продукцию агропромышленного и лесопромышленного комплекса, химической, легкой, фармацевтической и косметической промышленности, машиностроительной и металлургической отрасли.

В Армении перспективными направлениями сотрудничества являются развитие транспортной инфраструктуры, медицины, энергетики, “зеленые проекты”. С Казахстаном реализуются инфраструктурные проекты с участием российских компаний в областях электроэнергетики, водных ресурсов, железнодорожного и автотранспорта. В Кыргызстане российские компании участвуют в проектах по модернизации парка городского транспорта, сельскохозяйственной техники. Также есть проекты по строительству и модернизации железнодорожной сети Кыргызстана. В частности, поставляются рельсы, стрелочные переводы, продукция металлургии, говорит Прохоренко.

Россия является основным экспортером в сегментах металлургической промышленности, машиностроения и оборудования, товаров химической отрасли, подтверждает глава торгпредства России в Казахстане Антон Логинов. “Начиная с 2021 года постоянный рост показывают продовольственные товары, это наглядно видно на прилавках казахстанских магазинов, особенно в приграничных областях”, – говорит он.

Зарубежные представительства РЭЦ позволяют устанавливать необходимые бизнес-контакты и выстраивать каналы продаж. Но также важен вопрос расчетов. Нужна адекватная оценка условий, в которых работают предприниматели, а также “решение системных вопросов: финансы и логистика, переход на альтернативные доллару формы взаиморасчетов, создание независимой платежной системы”, – отметил в беседе с “РГ” президент ТПП Сергей Катырин. По его мнению, для расширения присутствия России на рынке ЕАЭС необходимо продвигать создание механизма льготного финансирования кооперационных проектов.

Для расширения торговли в ТПП предлагают включить в схему упрощенного доступа компаний из стран ЕАЭС к госзакупкам не только обычные конкурсы, но и электронные торговые площадки.

Альтернатива

Станет ли цифровой рубль средством расчетов в ЕАЭС?

Цифровой рубль, тестирование которого Банк России начал в 2023 году, в будущем может использоваться в трансграничных расчетах на евразийском пространстве. Некоторые эксперты полагают, что цифровой рубль поможет преодолеть санкционные ограничения, действующие в отношении российского финансового сектора. Насколько широкое распространение получит это новое средство платежей и какие есть риски, рассказали эксперты.

Никита Масленников, руководитель направления “Финансы и экономика” Института современного развития:

Пока эксплуатация цифрового рубля проходит во внутреннем обращении, отдельными банками в тестовом режиме, разовые операции и объемы тут незначительные. Скорее всего, раньше начала 2025 года мы его не увидим в международных расчетах. Поэтому сказать о том, как это все будет, пока сложно.

Однако в перспективе Центральный банк рассматривает цифровую валюту как одно из эффективных средств международных платежей и расчетов. Но для этого должны быть соответствующие цифровые валюты у партнеров и соответствующая инфраструктура, естественно.

Возможно, это, в общем-то, не только судьба нашего Евразийского экономического союза и Шанхайской организации сотрудничества. Это мировая перспектива, поскольку порядка восьмидесяти центральных банков в мире либо ведут исследования по запуску такой валюты, либо тестируют ее.

В Китае она активно используется в качестве внутреннего денежного обращения, но у нас цифровой рубль более продвинутый.

Совершенно очевидно, что цифровая валюта изменит всю архитектуру международных платежей и расчетов. Однако во многом это вопрос развития банковской инфраструктуры и межбанковских отношений с дружественными странами. Мы можем поспособствовать тому, чтобы сделать цифровую валюту привлекательной для других стран, и они почувствуют, что это стоящий финансовый инструмент.

Виктор Достов, руководитель ассоциации “Электронные деньги”:

Цифровой рубль мог бы заменить обычный безналичный рубль в рублевых расчетах. Однако говорить о том, что он станет универсальным расчетным инструментом где-нибудь в ЕАЭС или БРИКС, не стоит. Дело в том, что это не технологический аспект, а, скорее, сложный политический вопрос. И тут все зависит от готовности союзных стран вводить единую валюту. В этом вопросе содержится много политических, экономических и монетарных моментов, которые, насколько я понимаю, пока еще не решены до конца.

Как только проект станет достаточно массовым и когда зарубежные банки начнут открывать корсчета в цифровых рублях, собственно, тогда сразу можно будет рассчитываться. Сможет ли цифровой рубль стать единой расчетной валютой? Сомневаюсь, потому что Китай вряд ли откажется от юаня или Казахстан от тенге, а Индия от рупии.

Вопрос единой валюты имеет определенную перспективу, но он не технологический. Нужно обсуждать политические и экономические моменты этого вопроса . А дальше технологии под это дело подгоняются.

В моменте преимуществ цифрового рубля достаточно мало. Так, нам обещают более быстрые и более дешевые расчеты и, возможно, в перспективе более умные деньги. Пока довольно сложно судить, насколько это окажется важным для конечных пользователей. В принципе внутри России уже имеется очень развитый механизм расчетов (СБП, МИР и проч.) и кардинально улучшить его, на мой взгляд, уже сложно.

Источник: Российская газета